На втором этаже государства размещаются стражи. Они контролируют производственную деятельность ремесленников. Они являются хранителями ГОСТов и СНиПов (строительных норм и правил). Они твердо знают, какие нравственные критерии должны ограничивать действия сукновалов (что им можно разрешать, а что — нет), и что нужно сделать, чтобы тем жилось и работалось хорошо. Они ходят и осуществляют регулирование и контроль. Стражи — это милиция, санэпидстанция, финансовая инспекция, дисциплинарные комиссии парткомов, представители Госстандарта, Госкомстата и т.д.
Наконец, на третьем этаже находятся мудрецы. Они созерцают эйдосы, т.е. запредельные божественные идеи, идеальные прообразы всего на свете, которые существуют сами по себе. Среди прочих они созерцают эйдос идеального государства. В соответствии с этим эйдосом мудрецы строят свою собственную жизнь и пытаются построить жизнь всех других.
В зависимости от того, какое сословие правит в данном государстве, получается три типа общественного устройства.
Если государством правят сукновалы-производственники, они подчиняют себе стражей и используют их, например, для охраны складских помещений, а также для “разборок” и “наездов” на других производителей. (Когда я произвожу нечто, а кто-то это же нечто производит лучше меня, но конкурировать мне с ним лень, я прошу знакомых стражей, чтобы они маленько с ним “разобрались”, дабы он производил поменьше и похуже или вообще куда-нибудь съехал отсюда.) Сукновалы могут нанять и мудрецов, чтобы те вешали населению лапшу на уши, разработали удобную идеологию или развлекали их детей (если сукновалам небезразлична судьба детей). Но сами сукновалы ни в коем случае не подчиняются стражам и не слушают, что говорят мудрецы об эйдосе идеального государства. Их совершенно не интересует идеальное представление о цзюанцзы - муже мудром или о том, каков должен быть vir bonus (“доблестный муж” в древнеримской традиции). Они живут так, как им нравится. Это — государство сукновалов.
