В-третьих, неприятная особенность этих игр в том, что им свойственно, выражаясь “высоким философским штилем”, имманентное саморазвитие, т.е. в них время от времени почему-то меняются правила. Но найти того, кто их изменил, нельзя. Например, в старых шахматах было правило: когда вы доводите короля до восьмой горизонтали и ставите его туда, вы имеете право добавить новую пешку на той же вертикали на вторую горизонталь. В какой-то книжке рассказывалось, как престарелый игрок попытался таким способом заработать пешку, но ему объяснили, что данное правило уже сто лет не применяется, и он проиграл, ибо вся его стратегия эндшпиля строилась на этом правиле.
В играх, которые происходят в обществе, правила меняются таким образом, что трудно найти инициаторов изменения. Часто роль инициатора изменений берет на себя государство. Оно вдруг сообщает: жизнь сложилась так, что нужно принять новый закон. Этот закон может быть следствием какой-то правильно (либо неправильно) понятой тенденции развития, лоббистского интереса или просто того, что жизнь давно уже идет по этим правилам и осталось лишь привести формальные правила в соответствие с реальными.
У Станислава Лема в “Путешествиях Йиона Тихого” описана планета, покрытая полутораметровым слоем воды. Там господствовала идеология, согласно которой чем выше уровень воды, тем лучше, а жизненным идеалом являлись рыбы из семейства сомовых. И граждане должны были орыбляться путем перевоспитания. Время от времени, “идя навстречу пожеланиям трудящихся”, власти повышали уровень воды. В результате всем становилось все лучше и лучше, но часть низкорослых граждан после каждого повышения куда-то исчезала, и никто не мог понять куда. Аналогично каждый раз, когда государство меняет экономические и политические правила, целые когорты и категории игроков просто исчезают — они разоряются и вымирают. Так что это жестокие игры.
