Теоретический и эмпирический подходы к поиску метаисторических форм
Итак, если метаистория существует (а этот вопрос мы будем разбирать дальше), тогда она состоит просто в том, что надстраиваются новые формы деятельности выше технологической, организационной и экономической, которые превращают их в свой предмет. Приходят некие супермены, для которых современная экономика служит не игрой, в которой они участвуют, а набором игрушек, с которым они обращаются как с конструктором. И из этого конструктора они возводят нечто принципиально новое. Как же можно показать, что существует некий загадочный постиндустриальный менеджмент, некие корпоративные процессы принятия решений? Мы должны найти такую форму деятельности, для которой современная политика, современная организация — не игра, в которую они играют, а опять-таки новый суперконструктор, с которым они обращаются как с набором элементов. Из его кубиков они складывают нечто с традиционной точки зрения невозможное.
Наша задача — постараться подойти к этому с двух сторон, теоретической и практической.
Возможно ли теоретически придумать, построить, нарисовать, найти форму деятельности, которая будет отвечать этим требованиям? Возможно ли существование таких суперменов — постисторических, метаисторических агентов, которые выходят за рамки игры и начинают сами устанавливать новые правила для нее? Если уподобить игру климату, вопрос будет звучать так: возможно ли из мира, где мы, ощущая все превратности инвестиционного климата на собственной шкуре, в состоянии в лучшем случае с переменным успехом предсказывать финансовую погоду, —перейти в мир, где мы сами будем управлять погодой? И появились ли уже в современном мире экономической погоды субъекты, которые могут погоду делать?
