“Представляет ли разделение труда, будучи законом природы, — пишет он, — так же и моральное правило человеческого поведения, и если оно таково, то почему и в какой степени? Бесспорно общественное мнение все более и более склоняется к тому, чтобы сделать из разделения труда повелительное право поведения”.
И он замечает далее: “Мы уже не думаем, что единственный долг человека — осуществить в себе черты человека вообще; но мы убеждены, что не менее важны его профессиональные обязанности”.
Спустя сто лет большинство наших взрослых сограждан, похоже, смирились с мыслью, что стать целостной личностью, самореализоваться — это какая-то абстрактная, недостижимая, невозможная задача. Это все — благие пожелания, а на практике нужно стать узким добротным профессионалом. Так как нам поступить в такой ситуации?
Дюркгейм считает, что решить эту антиномию можно, разобравшись с тем, что такое “социальная солидарность” в современном обществе. Под “солидарностью” он понимает не одноименный польский профсоюз, а некое незримое облачко социальных связей, которое всех нас объемлет и заставляет зависеть друг от друга. И эта зависимость несет в себе не только черты тюрьмы, но и некоторые черты свободы. Мы в современном обществе по-новому зависим друг от друга — не так, как ирокезы, не так, как фараон и его жрец.
