Но есть и экзистенциальный тип неравенства, так называемый экзистенциальный опыт. У каждого своя судьба. “Нас всех подстерегает случай”. Вам могут выпасть с переменным успехом те или иные формы переживаний, Откровений. Скажем, одному из вас явился Никола Угодник, а другому — нет. К сожалению, это вопрос не к обществу, а к Николе Угоднику — он является когда и кому захочет. Одного озарило Откровение, другого — нет. У кого-то в детстве погибли родители. Кому-то постоянно везет в любви. Вопрос о том, насколько это справедливо, относится скорее к сфере богословия, чем общественных наук. Но если это и несправедливость, то она не имеет социального характера, и мы ее покуда оставляем в стороне.
Итак, мы смирились с тем, что у нас разные гены, разный экзистенциальный опыт (судьба, опыт переживаний). Но Дюркгейм призывает не смиряться с неравенством социальных условий реализации генетического и экзистенциального потенциала, который заложен в нас природой, Богом.
Все это в совокупности означает, что в обществе, по Дюркгейму, должен быть осуществлен переход от производства и воспроизводства вещей к воспроизводству и производству человеческих способностей (в частности, способностей производить эти вещи). Дюркгейм пишет об обществе, которое производит людей, а не вещи. А эти люди уже в свою очередь способны производить вещи, но в разной степени и разные.
