С учетом этого замечания, напоминаю наш тезис: всякая организация состоит из кем-то принятых и кем-то кое-как выполненных решений. Структура помещения, где мы сейчас находимся, этот стол, лампочки, даже каждый из здесь присутствующих является следствием принятых кем-то решений (ваши родители приняли решение завести детей и не делать аборт). На вас надето решение пойти в магазин и купить нечто. Ваша сумка – тоже следствие решения, во-первых, дизайнера какой-то фирмы – спроектировать эту сумку и пустить ее в продажу; во-вторых, “челнока” – ввезти ее в страну и доставить на тот рынок, куда вы явились за покупками.
Таков в самых общих чертах тот предмет, тот дремучий лес, сквозь который продирается менеджер в попытках регламентировать элементы корпоративного процесса принятия решений. И я перехожу к системному анализу как к одному из конкретных направлений менеджмента.
Системный анализ
Лет двадцать назад наша страна была битком набита людьми, которые полагали, будто знают, что такое “системный анализ”. Им казалось, что это общеизвестная, понятная вещь.
В 1965 г. в США приобрела жуткую популярность книга Станфорда Оптнера “Системный анализ для решения деловых и промышленных проблем”. Как только она вошла в моду, широкие массы отечественной публики, которые считали себя системщиками, менеджерами, принялись ее цитировать. Встал вопрос и о русском издании. Но тут приключилась весьма странная история. Было сделано несколько переводов — один хуже другого. Сначала ее пытались переводить специалисты по английскому языку. Получился бессмысленный, бредовый и занудный текст. Затем за дело принялись специалисты по управлению, но результат оказался еще хуже. За два года в Центральном экономико-математическом институте АН СССР был с горем пополам подготовлен “промежуточный вариант перевода” (для справки: в книжке две сотни страниц), от которого дохли тараканы.
