Многие обозреватели отмечают совершенно неожиданное, никак не мотивированное и никем не объясненное прекращение “путча”. Никакой военной угрозы демократы для “путчистов” не представляли и наступления на них не вели. С другой стороны, никакой эволюции во взглядах самих “путчистов” также не наблюдалось, никаких переговоров, на которых они под давлением постепенно сдавали бы свои позиции, не было.
Газета “Коммерсант” пишет: “Все приведенные нестыковки меркнут в сравнении с главным и пока не исследованным вопросом в трехдневной истории путча. Как и почему путч закончился? Ни Горбачев, ни другие участники событий не сказали по этому вопросу ни одного слова. Известно только, что в 4.30 утра 21 августа ГКЧП заседал в партийной гостинице “Октябрьская”. В 5.00 командующий МВО генерал Калинин отдал приказ вывести из Москвы войска... Но ведь ситуация остается под контролем ГКЧП и пока не похожа на безвыходную. Страна не осудила переворот немедленно и единодушно, призыв Ельцина к бессрочной забастовке за два дня поддержали очень немногие... Через несколько дней Верховный Совет почти наверняка подтвердит правомочность ГКЧП. Почему путчисты спешно сдались, выведя из Москвы войска, когда достаточно было остановить наступление на Белый дом и осмотреться? Объективных оснований для паники нет - игру еще никак нельзя считать проигранной. Более того, путчисты, похоже, и не считают ее таковой. Рабочие типографии передали в редакцию сверстанную и подготовленную к печати первую полосу номера “Красной звезды”, который должен был выйти в четверг, 22 августа. На полосе - новые, жесткие приказы путчистов, заявление коменданта Москвы с его собственной трактовкой событий на Смоленке. Никто, похоже, не собирался сдаваться... Самое вероятное: государственные люди подчинились приказу”.
Путч закончился, и началась бурная политическая деятельность по реализации его “результатов”. Но перед этим Горбачев дал большую пресс-конференцию, а его помощник, секретарь и офицер личной охраны - большое интервью, в которых изложена фактическая сторона ареста президента.
§ 3. История “ареста” Горбачева
В поспешных выступлениях Горбачева и его помощников содержится столько взаимоисключающих утверждений, что можно сделать единственный вывод: в истинные планы и разработку официальной версии был вовлечен столь узкий круг людей, что в условиях нехватки времени не было возможности даже одному человеку из окружения президента сесть и выработать непротиворечивое описание событий. На момент политика перестала быть театром, и некогда было “разучить роли” и согласовать высказывания хотя бы тех, кому никак было не избежать выступлений перед телекамерой.
Как известно, арест свелся к лишению М.С.Горбачева связи. Никаких насильственных действий или угрозы насилием не было. Впрочем, сам Горбачев считает, что провел “72 часа, как в Брестской крепости”, но не будем придираться к этой аналогии (Брестская крепость сопротивлялась в течение двух месяцев, практически все ее защитники погибли). На первой пресс-конференции в Крыму на вопрос: “А были попытки силового давления на вас? - президент ответил: - Ничего не было. Но только я был полностью лишен связи, отключен, с моря блокирован кораблями, а с суши войсками”.
